ЖИЗНЬ ПОСЛЕ ХОККЕЯ

Ярославский «Локомотив» заключил контракт с канадским форвардом Стивеном Диксоном. Этого парня, два года назад выступавшего за «Амур», хабаровские болельщики должны помнить. Хотя бы за «бобровский» гол, который он забил в домашней встрече нижнекамскому «Нефтехимику». Из Хабаровска Стивен отправился в Финляндию, где в течение двух сезонов становился одним из лучших бомбардиров местного элитного чемпионата. И вот, Диксон возвращается в КХЛ.

Узнав об этом, мы решили выяснить, чем сейчас занимаются бывшие легионеры «Амура». В процессе поиска выяснилась весьма любопытная информация, из которой мы даже составили небольшой хит-парад. Некоторые экс-игроки «Амура», признаемся, смогли нас удивить.

5 место. Ян Платил, Чехия, 29 лет (в «Амуре» - сезон 2007/2008 гг.).

Статистика в «Амуре: 48 игр, 21 (7+14) очко, 139 штрафных минут.

Этот чешский защитник удивил нас, прежде всего, тем, с какой скоростью его карьера покатилась по наклонной после «Амура». В Хабаровск он приехал летом 2007 года, и сразу стал краеугольным камнем обороны команды. Защитник, который одинаково хорошо оборонялся и атаковал, также обладал весьма горячим характером. Нелицеприятные беседы с соперниками и тактика мелкого фола были визитной карточкой Платила. Но хабаровским болельщикам этот парень определенно нравился.

Проведя в «Амуре» один сезон, Ян отправился в амбициозный «Трактор», где отнюдь не потерялся и даже стал претендентом на поездку на чемпионат мира в составе сборной Чехии.

Что произошло год спустя, сказать трудно. Челябинцы расторгли контракт с неспокойным защитником, и сезон он заканчивал в Чехии. Потом были Словакия, Германия, Австрия, Финляндия…

Нынешний сезон Ян Платил начал в Италии. Но сыграл там только восемь игр, голов в которых не забил. Похоже, карьера этого яркого хоккеиста близка к полному завершению. А ведь ему всего 29 лет.

4 место. Нолан Пратт, Канада, 37 лет (в «Амуре – сезоны 2008/2009, 2009/2010 гг.)

Статистика в «Амуре»: 81 матч, 20 (3+17) очков, 91 штрафная минута.

Этот парень пополнил состав «Амура» в середине сезона 2008/2009 гг. И, надо сказать, на него возлагались большие надежды. Во-первых, потому что на его руке красовались два перстня Обладателя Кубка Стэнли. Во-вторых, потому что в «Амур» приехал прямиком из клуба НХЛ «Баффало Сэйбрз», а не из минорных лиг или Европы.

Сильными сторонами Пратта были строгие действия в обороне и умение блокировать броски. Однако в КХЛ этот, безусловно, хороший защитник так и не прижился.

Большие площадки и, прямо скажем, неидеальное катание свели все его плюсы на нет, а попытки переквалифицироваться в атакующего защитника ни к чему хорошему не привели.

В 2010 году, после расставания с «Амуром», Нолан отправился в Финляндию, где вместе с Якубом Петружалеком и Пертту Линдгреном завоевал бронзовые медали СМ-Лиги. И это была его «лебединая песня».

Годом позже, в возрасте 36 лет, Пратт завершил карьеру игрока и решил попробовать себя в роли тренера. А удивил он нас тем, что сразу сумел войти в тренерский штаб клуба АХЛ «Спрингфилд Фалконз». Видимо, есть в уроженце Форт-МакМюррэя тренерский талант.

Пожелаем Нолану дорасти до уровня хэдкоуча НХЛ, а пока – четвертое место нашего хит-парада.

3 место. Дэйв МакАйзик, Канада, 40 лет (в «Амуре» - сезон 2002/2003 гг.)

Статистика в «Амуре»: 36 игр, 8 (3+5) очков, 62 штрафные минуты.

Этого защитника с неправдоподобно крупным носом селекционеры «Амура» нашли в Американской Хоккейной Лиге. Не сказать, что он обладал какими-то выдающимися данными. Но была в нем одна черта: этот парень совершенно не стеснялся сбросить перчатки, когда нужно. Не погрешим против истины, если скажем, что в Суперлиге МакАйзика если не боялись, то уж точно уважали.

После «Амура» в послужном списке хоккеиста ничего особенно примечательного нет. В топ-лигах он не играл, заканчивал карьеру в Дании, Италии и… Исландии. Там, собственно говоря, и осел. В минувшем сезоне тренировал команду исландской хоккейной лиги, а нынешним летом принял бразды правления национальной сборной Исландии.

Эта команда ныне занимает 35 строчку в рейтинге ИИХФ, и через несколько месяцев отправится на Чемпионат мира во втором дивизионе, где сыграет с такими хоккейными державами, как Сербия, Китай, Мексика и Австралия.

За экзотический выбор места работы – «бронза» нашего хит-парада.

2. Стив Плуфф, Канада, 37 лет (в «Амуре» - сезоны 1999/2000, 2001/2002 гг.).

Статистика в «Амуре»: 81 матч, 33 победы, 1,9 Голов в Среднем за Игру, 12 матчей «на ноль».

Вот за этого парня скаутам «Амура» можно ставить огромную «пятерку». В Хабаровск этот рыжий веснушчатый парень приехал из лиги под названием ЗПХЛ (Западная Профессиональная Хоккейная Лига), где играли 18 команд из южных американских штатов. Её уровень… Условно говоря, это был аналог российской первой лиги. И даже в своей ЗПХЛ Стив Плуфф, мягко говоря, не блистал. Однако в первой же игре за «Амур» начал творить чудеса. В частности, отразил шайбу, пущенную коньком своего собственного защитника в «девятку».

Впоследствии этот, тогда еще молодой, человек наглухо зацементировал ворота своей новой команды. Злые языки сейчас говорят, что все дело было в сугубо оборонительной модели игры тогдашнего «Амура». Подозреваем, что эти люди просто не видели тех головокружительных «сэйвов» в исполнении Плуффа. Особняком среди них стоит «спасение» в матче второго этапа Чемпионата Суперлиги сезона против ярославского «Торпедо». При счете 1:0 в пользу «Амура» в третьем периоде он, уже лежа на льду, непостижимым образом сумел поймать в ловушку шайбу, посланную с близкого расстояния кем-то из ярославцев и, в итоге, заработал «сухарь».

Плуфф до сих пор остается непревзойденным в списке вратарей-легионеров хабаровской команды по показателям «голы в среднем за игру» (1,9) и «сухие матчи» (12).

Однако в 2002 году канадец решил попробовать свои силы в московском «Спартаке», и ничего хорошего из этого не вышло. По свидетельствам очевидцев, приехав в Хабаровск на матч «регулярки» в составе «красно-белых», Плуфф натурально бил себя в грудь и на чистом русском кричал, что он… не самый умный человек в мире.

Свою карьеру Стив завершил в 2006 году в очередной лиге с труднопроизносимым названием. Теперь он занимается строительством в родной Канаде, специализируясь на загородных домах. В хоккей играет вместе с любителями несколько раз в неделю. Правда, в нападении.

В знак уважения к достижениям и кардинальной смене профориентации – второе место.

1 место. Тайлер Мосс, Канада, 37 лет (в «Амуре» - сезоны 2006/2007, 2007/2008, 2008/2009, 2009/2010 гг.)

Статистика в «Амуре»: 131 матч, 43 победы, 2,74 ГСИ, 10 матчей «на ноль».

Про этого мужчину (между прочим, тоже рыжего) и его пребывание в «Амуре» можно написать целую книгу. Но мы не будем поддаваться графоманскому соблазну и лишь отметим основные позиции.

Во-первых, Тайлер Мосс провёл в Хабаровске четыре сезона. Это рекорд среди всех легионеров, когда либо выступавших за «Амур». Во-вторых, несколько лет канадец всерьез пытался получить российское гражданство, за что получил прозвище «Толя Мосин» и сочувствие потенциальных сограждан. В-третьих, он очень неплохо защищал ворота. Его карьеру в «Амуре» не назовешь безоблачной, но она уж точно была яркой. Фантастические сэйвы, сломанные о переклдаину клюшки, нелепые голы и драки с вратарями соперников – всё это Тайлер Мосс. В-четвертых, в Хабаровске этот интеллигентный, а местами и гламурный мужчина стал почти культовой хоккейной фигурой. Его знали даже те горожане, которые не интересовались хоккеем. Мосс стал в городе настолько «своим», что всерьез подумывал купить себе здесь квартиру, запустить какой-нибудь бизнес и остаться на ПМЖ.

Однако этим планам не суждено было сбыться. В начале 2010 года Мосс получил травму и без того хронически больного колена. Лечение заняло практически полгода, после чего пути канадца и «Амура» разошлись. Два последующих года он провел в Германии, где, похоже, растерял остатки здоровья. И мотивации.

Сейчас Тайлер работает директором по продажам в крупной нефтяной компании в Калгари. На вопрос, есть ли у него экономическое или любое профильное образование, Мосс ответил: «Нет, но у меня много полезных связей». А еще Мосс попросил передать всем хабаровским болельщикам и жителям города, что именно они больше всего запомнились ему за четыре года жизни на Дальнем Востоке.

Похоже, что именно Тайлер Мосс является лучшим образцом того, как успешная хоккейная карьера плавно и безболезненно сменяется не менее успешной жизнью после хоккея.

Спасибо Тайлеру за все, что он сделал для команды и, по совокупности – первое место нашего хит-парада.

ПОЛ СТЮАРТ: «Зачем надевать пластиковый шлем на бетонную голову?»

В бытность игроком он был одним из самых жестких североамериканских хоккеистов. Закончив профессиональную карьеру в 1980 году, он стал арбитром. Стюарт первым из хоккейных судей, рожденных в США, преодолел отметку в 1000 матчей в НХЛ. Он дебютировал в качестве главного арбитра НХЛ в 1986 году, а закончил карьеру в 2003.

Сейчас Полу Стюарту почти шестьдесят лет, но он и не собирается уходить из хоккея. Минувшим летом он принял предложение Президента КХЛ Александра Медведева стать консультантом по вопросом судейства и войти в Спортивно-дисциплинарный комитет КХЛ.

- Пол, ваша семья – настоящая судейская хоккейная династия. Расскажите об этом.
- Я – представитель третьего поколения хоккейных арбитров в моей семье. Дед был судьей, отец, я сам, теперь вот мой сын занимается тем же уже четыре года. В итоге, мы постоянно делимся друг с другом судейскими историями, существует некая преемственность. Мой дед помогал отцу, отец помогал мне, теперь я помогаю сыну. У всех нас есть общее понимание профессии хоккейного арбитра: он должен быть честным, любить хоккей и, самое главное, судья в сердце должен иметь желание быть правым.
- То есть, вы знали о том, что станете хоккейным арбитром уже тогда, когда впервые встали на коньки?

- Я просто хотел пойти по тому же по пути, что и мой отец. Вообще, выбирая себе профессию, ты должен понять, где будешь чувствовать себя счастливым. Сейчас я сижу с вами в этой прекрасной Арене, и я счастлив. Вернусь в Москву, и буду чувствовать себя так же. Куда бы меня ни занесла шайба, мое состояние не изменится. Значит, я все в жизни сделал правильно.
- Вы стали хоккейным арбитром. Но в бытность игроком вас нельзя было заподозрить в строгом следовании правилам. В 40 матчах сезона 1977-78 гг. в ВХА вы умудрились набрать 241 штрафную минуту!
- Да уж, можно сказать, я был наглядным примером того, что в хоккее просто необходимы судьи. По ходу своего первого сезона в профессиональном хоккее я провел 44 боя в 46 матчах. Но, вы должны понимать, в те времена в профессиональном хоккее было очень мало американцев. Поэтому мне и досталась роль тафгая. Сейчас, когда мне 60, тело напоминает о том, через сколько травм ему пришлось пройти. В холодную погоду бывает не так-то просто подняться по лестнице. Но я горд тем, как делал свою работу, как защищал своих партнеров, не показывая противнику ни капли страха. Мне дали прозвище – «Кот Стю» - потому что во время своих боев я всегда смотрел оппоненту прямо в глаза и практически не моргал. После удачных боев или просто хороших матчей партнеры по команде ставили в мой шкафчик в раздевалке блюдце со сливками. Видимо, ждали, когда я начну мяукать (смеется).
Так или иначе, я прошел через все это. Скажу честно, я не был особенно талантлив ни в чем из того, что делал. Но, посмотрите, благодаря упорной работе, я в хоккейном бизнесе уже 40 лет! Работа в КХЛ для меня – это огромная честь и отличная возможность поделиться своим опытом с российскими арбитрами.
- Есть мнение, что в 70-е североамериканский хоккей был жестче, чем сейчас, но, что ли, чище, честнее. Было меньше грязных приемов, ударов исподтишка…
- Не могу с этим согласиться. Хотя бы потому, что мне довелось играть против «Разбойников с большой дороги» из «Филадельфии Флайерз», против «Детройта, и нескольких других команд, которые действовали очень жестко. Драки тогда случались чаще, все принимали эту часть игры, как должное и были к ней готовы. Но далеко не каждый матч показывался по телевидению, а в некоторых из них происходило такое…
- Какой самый отвратительный момент на льду вы видели своими глазами?
- Я уверен, что вы сейчас говорите про мой первый гол в НХЛ (смеется). Я вышел к воротам, вроде бы даже исполнил какой-то финт, после чего бросил. Ну, как бросил, ковырнул шайбу. Она еле-еле, переворачиваясь в воздухе, перелетела через красную линию, и клянусь, во время одного из оборотов я смог прочитать надпись на лицевой стороне: «Н-Х-Л». Если бы я бросил, как положено, вратарь совершил бы «сэйв» (улыбается).
- Отличная история. Но, всё же, произошло ли на ваших глазах что-то, по-настоящему вас испугавшее?
- Ну, я видел много драк, которые проходили за явным преимуществом одного из бойцов. Помню, во время матча в Миннесоте Боб Проберт так сильно ударил соперника, что тот упал и сломал… ногу. Проберт было замахнулся, чтобы добить парня, но остановился. Очень уважаю его за это.

Сам я однажды, в матче против «Филадельфии», дрался одновременно с четырьмя соперниками. Это выглядело страшно, да (улыбается).
- Кто лучший рассказчик хоккейных историй в вашей семье?
- Думаю, мой дед. Он работал в «золотую эпоху» хоккея, с такими игроками, как Морис Ришар. Но и мне довелось быть на льду с Горди Хоу, Бобби Халлом, Уэйном Гретцки и Марио Лемьё.
- Расскажите нам какую-нибудь веселую историю о судействе, связанную с вашим дедом.
- Однажды после какого-то спорного момента главный тренер «Чикаго Блэкхоукс» сказал моему деду, что не выведет команду на лед. Дед ответил, что если игроки сейчас же не появятся на площадке, главный тренер будет удален до конца игры. Тот ответил: «Значит, я удален». И ушел в раздевалку. За ним проследовала вся команда во главе с капитаном. Дед остался на льду в компании игроков «Бостон Брюинз». Он приехал в центральный круг, уложил шайбу на точку вбрасывания, а форвард «Мишек» поехал к воротам и забил в пустые ворота. Счет стал 1:0, именно так игра и завершилась.
- Как вы оказались в КХЛ?
- Начнем с того, что мне довелось поиграть еще против сборной Советского Союза на чемпионатах мира. Харламов, Михайлов, Третьяк, Якушев, Фетисов… Легендарные, выдающиеся хоккеисты. Я в качестве главного арбитра работал на финале Кубка Канады-87, в котором канадцы смогли победить СССР со счетом 6:5 лишь во втором овертайме. Думаю, я сумел завоевать уважение советских хоккеистов и тренеров. Они знали меня, как арбитра. И вот, господин Медведев пригласил меня в Россию, заняться судейством, привнести в эту область что-то новое и помочь улучшить нашу Лигу.
- Раз уж мы заговорили о советском хоккее. Назовите трех лучших советских и российских хоккеистов, на ваш взгляд.
- Безусловно, Вячеслав Фетисов – один из лучших защитников в истории хоккея. Я бы поставил его на одну ступень с Бобби Орром и Скоттом Стивенсом. Кто еще? Ларионов, он был великолепен. И, пожалуй, Евгений Малкин. Если травмы обойдут его стороной, этот парень способен стать лучшим хоккеистом, когда-либо выходившим на лед.
- Давайте поговорим о вашей судейской карьере в НХЛ. Меня заинтересовал тот факт, что вы никогда не одевали шлем, обслуживая матчи. Почему?
- По этому поводу однажды здорово высказался Терри О`Райли. Он сказал: «Зачем Полю Стюарту носить шлем? Зачем надевать пластиковую штуку на бетонную голову?» (смеется). Когда я еще играл, мы не носили шлемы. Я привык к этому, и не стал его использовать, став арбитром. К тому же, у меня красивые волосы, не находите? Грех их прятать.
- Перейдем к КХЛ. Вы приехали сюда, чтобы помочь сделать судейство более качественным. Какова была главная проблема, с которой столкнулись?
- Это не то чтобы проблема… Просто российским арбитрам нужно перестроить мышление, адаптировать его к современным требованиям. Нам нужно многое изменить, успевать за прогрессом, успевать за скоростью игры.
- Не заметили ли вы в КХЛ проблем, связанных с разной трактовкой одинаковых эпизодов? Скажем, то, что было признано подножкой в первом периоде, может быть расценено, как чистый прием в конце матча одним и тем же арбитром.
- На самом деле, самое иллюзорное и фантастическое, что может быть в работе арбитра – это постоянство. То, что было фолом в первом периоде, должно быть фолом и в овертайме. К этому нужно стремиться, но очень трудно достичь. К тому же, у всех участников игры всегда будут разные мнения по поводу действий арбитра. Главное, чтобы он сам, покидая арену после игры, чувствовал, что он был справедлив и честен.
- Вы можете вспомнить какое-нибудь решение, принятое вами, которое запомнилось больше всего?
- Однажды я в одном игровом эпизоде назначил сразу два буллита.
- ?
- Нападающий убегал «один на один» с вратарем, за синей линией его догнал защитник и завалил на лед запрещенным приемом. Это был буллит номер один. Я поднял руку, но эпизод продолжался. Эти двое по инерции докатились до ворот, врезались в голкипера, шайба осталась лежать во вратарской. Защитник взял ее рукой и выбросил в угол площадки. Это был буллит номер два.
- И как пострадавший их исполнил?
- Первый не реализовал. А со второй попытки забил.
- А если бы забил с первого раза?
- Пробил бы и второй.
- То есть, за одну атаку команда могла набрать два результативных балла?
- Точно, как в баскетболе.
- А как насчет того, чтобы внести в игру элемент шоу? Допустим, немного «помочь» команде, которая проигрывает матч, «не заметить» небольшой офсайд и так далее?
- Нет. Наша задача, самая важная задача – быть справедливыми. Игроки должны знать, чего ожидать, скажем, от Пола Стюарта, если сегодня он обслуживает матч. Меня не беспокоит, был ли я справедлив с точки зрения хода игры. Для меня важно одно – правильность принятых мной решений. Для каждого арбитра это вопрос репутации.
- Просматривая матчи НХЛ, можно заметить, что в спорных моментах лайнсмены не фиксируют положение «вне игры» у атакующей команды, дают ей некое преимущество. Разве это делается не для зрелищности?
- Вам показалось. Офсайд или есть, или его нет. Третьего не дано. Вообще, знаете, почему у арбитров черно-белый свитер?
- Нет, расскажите.
- Черная полоса – это нет. Белая полоса – это да. То есть, нарушение либо было, либо нет. И не бывает вариантов, когда фол, «возможно», или, «кажется», был.
- А что означают оранжевые полоски на свитерах главных арбитров?
- Они означают, что эти люди – Боги данной игры (улыбается).
- «Амур» пару месяцев назад проводил домашний матч против магнитогорского «Металлурга». В одном из эпизодов главный арбитр удалил игрока гостей, и Евгений Малкин в течение 10-15 секунд просто кричал на рефери. Как с этим быть?
- Ну, мы же не знаем, что именно говорил Малкин. Может, он сказал арбитру: «Отличное решение! Я горжусь вами» (смеется).
- Судя по губам Малкина и его жестикуляции, он говорил несколько иные слова…
- В случаях, когда игроки, назовем это так, ругались на меня, я смеялся в ответ и говорил: «Ты абсолютно прав! Я отвратительный арбитр и плохой человек. Желаю тебе приятно провести две минуты на скамеечке и хорошенько это обдумать».
- Вообще, часто звезды НХЛ пытались понизить вашу самооценку своими словами?
- Однажды я обслуживал матч «Детройта», и их капитан, Стив Айзерман подверг сомнению мои сексуальные предпочтения. Я ответил, что он абсолютно прав и предложил встретиться вечером в каком-нибудь баре, выпить по стаканчику.
- С тренерами, наверняка, тоже случались конфликты?
- Пэт Куинн однажды швырнул в главного арбитра жевательной резинкой. А на следующий день я должен был работать на матче его команды. Перед игрой я купил в магазине 20 пачек жвачки, во время раскатки передал Пэту и сказал: «Этого должно хватить на сегодня. Только не бросай в меня чем-нибудь потяжелее».

Понимаете, я никогда не принимал это близко к сердцу. И кто бы ни пытался «наехать» на меня, Лемьё, Гретцки, Айзерман, я всегда понимал, что напряжение, эмоции – это неотъемлемая часть игры. Не более того. Ничего личного.
- Судейский корпус в КХЛ выглядит достаточно закрытой организацией. Если не ошибаюсь, один из лучших российских арбитров, Вячеслав Буланов, одно время пытался вести судейский блог. Но потом закрыл его. Не считаете ли вы, что нужно быть более открытыми для прессы и болельщиков?
- Хм, я вёл блог, Кэри Фрейзер – один из лучших арбитров в истории НХЛ – тоже. Думаю, коммуникация с болельщиками и прессой – не такая уж плохая вещь. Во всяком случае, люди имеют право задавать нам интересующие их вопросы. В конце концов, мы же не говорим здесь про ядерные секреты страны. Мы говорим про клюшки, шайбы и игровые моменты. Давайте организуем какую-нибудь рубрику в Интернете, что-нибудь вроде «Правильное решение с Полом Стюартом». Я готов отвечать на хорошие вопросы, никаких проблем.
- Что ж, тогда ответьте на такой. Эпизод с участием Евгения Артюхина и Янне Яласваары стал очень обсуждаемой темой среди болельщиков и журналистов. Большинство сошлось во мнении, что Артюхин повел себя абсолютно некорректно. Однако спортивно-дисциплинарный комитет КХЛ дал ему лишь три матча дисквалификации. Вы считаете, это адекватно его поступку?
- В регулярном сезоне на момент вынесения решения оставалось всего шесть игр. Мы сели вместе с главой комитета, Валерием Каменским, пришли к выводу, что на этот раз трехматчевой дисквалификации будет достаточно. Если он сотворит что-нибудь подобное снова, дисквалификация составит уже шесть игр. Потом – двенадцать. Он будет терять деньги и, в конце концов, он либо изменится, либо сменит профессию.
- С точки зрения бывшего игрока, как вы можете прокомментировать поступок Артюхина?
- Я видел моменты и похуже. Намного хуже. Артюхин поступил некрасиво, но это не идет ни в какое сравнение с тем, что, скажем, сделал Бертуцци, завершив карьеру Стива Мура.
- В судейском корпусе КХЛ есть россияне, финны, чехи, словаки… Но ни одного североамериканца. Что довольно странно, учитывая вашу работу в Лиге.
- Пока еще рано. Но в планах у нас есть обмен кадрами: североамериканские рефери будут работать в России, российские – за океаном. Во время рождественских каникул я привез русского арбитра в Северную Америку, он отработал десять матчей и доказал, что имеет достаточно высокую квалификацию. Вообще, я думаю, нам нужно забыть о национальности судей. Думать нужно только о том, правильные или неправильные решения они принимают.
- Последний вопрос. Мы сейчас присутствуем на матче МХЛ «Амурские Тигры» - «Красная Армия». Как вы оцениваете работу главного арбитра?
- Для этого молодого парня сегодня непростой матч. Игроки много «ныряют», притворяются, что им больно, падают. Это создает сложности. У меня была похожая ситуация во время одной из игр. Марио Лемьё падал постоянно, от любого контакта с соперником. Тогда я подъехал к его тренеру и сказал: «Если Марио упадет еще раз, я не позволю вашему доктору выйти на лед и помочь ему. Вместо этого мы с коллегами закопаем его под лёд прямо здесь». После этого работать стало намного проще.

СТИВ ДАУНИ: «плохой парень» канадского хоккея

На очереди рассказ о Стиве Дауни. Хоккеисте, чьи неоспоримые успехи на льду сопровождаются громкими скандалами на нем же. Талантливейший форвард, который не только одержим победами, но и обладает весьма неоднозначным характером.


GARE JOYCE
«FUTURE GREATS and HEARTBREAKS»
A YEAR UNDERCOVER IN THE SECRET WORLD OF NHL SCOUTS
Doubleday Canada 2007


8 октября 2006 года, «Сэйнт Майкл Арена», Торонто.
«Сэйнт Майклз» - «Питерборо» 6:3.

Несмотря на то, что несколько месяцев назад «Питерборо» попали в розыгрыш «Мемориального Кубка», в нынешнем сезоне они наверняка станут слабейшей командой лиги. Тем более что их «старший брат» - «Питтсбург Пингвинз», оставил задрафтованного Джордана Стаала в своем составе.
Правда, у их соперников дела обстояли еще хуже. Их шансы на уверенное последнее место даже выше, чем у «Питерборо».
Сказать по правде, игра между этими двумя командами не представляла особого интереса ни для болельщиков, ни для специалистов. На лед вышло несколько игроков, подлежащих ближайшему драфту НХЛ, но… Лучшим среди них был Тревор Канн из «Питерборо», вратарь юношеской сборной Канады. Центральное Скаутское Бюро (ЦСБ) предсказало, что он будет выбран в первом или втором раундах.
Но после Канна была пропасть…
Следующим заслуживающим внимания игроком в составе обеих команд являлся Бранислав Рехус, форвард-новичок из Латвии. ЦСБ утверждало, что он, в лучшем случае, «уйдет» на драфте в шестом-седьмом раундах. Если вообще уйдет.
У «Сэйнт Майклз» не было даже таких, как Рехус.
При этом, даже если бы у этих команд были очень перспективные игроки, скауты вряд ли утруждали бы себя поездкой в Сейнт Майкл. У этого места славная история, много ребят, игравших здесь, попали в НХЛ, выигрывали Кубок Стэнли и даже стали членами Зала хоккейной славы. Но Арена… Она даже близко не соответствовала стандартам юниорской лиги. Площадка была на 20 футов короче, чем стандартная североамериканская. Здорово для зрителей – они видели массу силовых приемов, а соотношение бросков за матч напоминало баскетбольный счет. Но для скаутов, для полноценного анализа такая игра – мягко говоря, неидеальный вариант. В общем, неудивительно, что скауты избегают поездок в Сэйнт Майкл.
Нехватка перспективной, подлежащей драфту молодежи и не самая лучшая арена. Достаточно для того, чтобы не тратить несколько часов на поездку в Сент Майкл. Однако я сделал это ради того, чтобы посмотреть на одного парня.
Стив Дауни уже был задрафтован – «Филадельфия» выбрала его в первом раунде в 2005м году. Но если этот парень на льду – вы просто обязаны посмотреть на него. Неудержимая воля к победе, опасность для всего на льду – включая него самого. Тем более что у этого парня очень интересная и небанальная биография. Ему было всего восемь лет, когда его отец погиб в автомобильной катастрофе. К тому же, сам Стив в этот момент сидел на переднем сидении рядом с ним. Они ехали на тренировку. В результате аварии Дауни перестал слышать правым ухом, а в левом вынужден носить специальный слуховой аппарат.

Steve Downie (Стив Дауни)
Правый нападающий
Родился 3 апреля 1987 года в Ньюмаркете, Онтарио
Рост 178 см
Вес 87 кг

Это лишь одна часть его биографии, которая делает его особенным.
Вторая – это его выступление в юниорской лиге в 2005м году, перед драфтом. Весной 2005 года именно Дауни повел свою команду («Виндзор Спитфайрс») к незабываемой волевой победе в серии плей-офф над «Сю Сент Мари Грэйхаундз». Эта команда считалась неоспоримым фаворитом плей-офф после того, как финишировала первой в регулярном сезоне. Прогнозы полностью подтвердились в первых трех играх серии против «Виндзора», в которых «Грэйхаундз» одержали победы. Но затем произошло невообразимое – команда Дауни одержала четыре победы подряд и оставила фаворита за бортом плей-офф! Сам Стив забил один победный гол в основное время, другой – в овертайме. Он также ассистировал партнерам, когда они забивали решающие голы в двух остальных поединках. Но дело даже не в том, как Дауни отметился в протоколах тех матчей. Дело в том, что он делал на льду.
Перед каждой из четырех побед своей команды Дауни не утруждал себя тем, чтобы разминаться вместе с партнерами на раскатке. Он просто вставал в центральном круге и все двадцать минут, не отрываясь, смотрел на голкипера «Грейхаундз». Поверьте на слово, это был взгляд серийного убийцы. Кто-то назовет это театром одного актера. Но за эти четыре победных матча Стив не проиграл ни одной своей смены. Один из скаутов так описал его выступление: «Дауни практически заставил своих партнеров выиграть ту серию… Он просто не дал бы им проиграть ее».
Но прошло всего несколько месяцев, и Дауни снова попал на первые страницы канадской спортивной прессы. На этот раз, правда, в качестве злодея, а не героя. Он был капитаном «Виндзора» и оказался вовлечен в скандальный инцидент, произошедший в клубном автобусе. Лучший новичок команды, Аким Алиу, шестнадцатилетний парень из Торонто, отказался участвовать в процедуре «посвящения» новичков, которую затеяли более опытные игроки. Они заставляли молодежь забраться в крохотный автобусный санузел и пытались закрыть их там. Алиу оказался единственным, кто отказался сделать это.
Дауни затаил злобу и выпустил ее на волю через день, во время тренировки. Он ударил Акима клюшкой по лицу, выбив несколько передних зубов. Пострадавший сначала ушел в раздевалку, но вскоре вернулся на лед, где двое сошлись в яростной драке, которую не пытался остановить никто из их партнеров. К большему стыду Лиги, все это было снято местной телекомпанией.

Мо Манта, генеральный менеджер Виндзора, был дисквалифицирован, а после уволен. Дисквалификацию получил и Дауни, а вскоре он был обменян в «Питерборо». Алиу, в свою очередь, тоже покинул команду – его отправили в «Садбери».
Неудивительно, что приглашение Дауни в молодежную сборную Канады для участия в Молодежном чемпионате мира было в штыки встречено общественностью. Федерация хоккея Канады всегда очень щепетильно относилась к таким вещам. Год назад даже не тренировочные сборы не был приглашен талантливейший Войтек Вольски - и только за то, что широкую огласку получила драка, в которую он оказался вовлечен на одной из вечеринок.
Однако, Дауни повезло. В 2006м молодежная сборная Канады испытывала дефицит хороших форвардов. Так что функционеры закрыли глаза на все его прегрешения. Точнее, дали парню второй шанс.
Дауни не разочаровал менеджеров и тренеров. Он забивал важнейшие голы в ключевые моменты матчей, а также психологически терроризировал соперников силовыми приемами и разговорами с ними. Ему даже удалось сломать языковой барьер – когда Канада выигрывала в финале со счетом 4:0, он подъехал к российскому вратарю и с улыбкой показал ему на табло.
В итоге, наш герой привел Канаду к золотым медалям, попал в символическую сборную турнира и получил восторженные отзывы в прессе. Кэм Коул из «Ванкувер Сан» написал: «Хоккейные пуритане и впечатлительные мамочки могут сказать, что стыдно праздновать достижения жестокого, раздражающего, абсолютно неадекватного паренька. Но никто не будет спорить с тем, что Стив Дауни на этом Чемпионате был воплощением канадского хоккейного стиля».
Дауни прошел путь от негодяя до канадского героя за несколько дней, что длился Чемпионат мира. Обратный путь занял у него несколько минут.
В первой же игре после возвращения в «Питерборо» Стив неожиданно набросился на капитана «Беллвиль Буллс» Эндрю Гиббонса и в прямом смысле избил его. Гиббонс даже не успел подумать о том, чтобы защитить себя. Лига дисквалифицировала Дауни на пять матчей.
Один из тренеров юниорской Лиги так высказался по этому поводу: «У меня было чувство, что Дауни так долго копил в себе злобу по ходу Чемпионата мира, что можно было ожидать взрыва при первой представившейся ему возможности. Это его характер. С этим ничего не поделаешь».

Винс Малетт, главный тренер «Питерборо», уже через несколько смен после начала матча выглядел так, как будто его мучает приступ мигрени. Он возглавил клуб летом, до этого проработав девять лет в Оттаве. Когда он приехал в Питерборо, то думал, что Стив Дауни станет его главным помощником на льду. Как оказалось, Стив Дауни – это игрок, с которым тренеру придется бороться.
Уроженец Онтарио со времен триумфального чемпионата мира изменился. Он уже не «горел» на льду в каждой смене – кроме тех случаев, когда надо было показать, что он переживает за результат. Это выражалось в ударах клюшкой по борту после того, как судьи выписывали ему удаления. В том, как он грозно смотрел на арбитров. В том, как «рычал» на соперников, и даже на своих партнеров.
«Питерборо» вел со счетом 2:1 после первого периода. Дауни ассистировал Дэниэлу Райдеру, когда тот забивал второй гол. Райдер, к слову, был для Стива не просто партнером по звену. Он был его учеником. Всякий раз, когда Дауни лез в очередную потасовку, Райдер был тут как тут.
В перерыве я заметил на трибунах знакомого скаута, который в прошлом был тренером. Поинтересовался, как, на его взгляд, Винс Малетт должен тренировать Дауни, как можно удержать этого хоккеиста в рамках?
- Никак, - таков был ответ. – И дело тут не в Винсе. Иногда в команде есть игрок, который попросту «убивает» тренера.
На мой вопросительный взгляд собеседник пояснил, что больше всего тренера должно расстраивать то, что еще несколько месяцев назад Дауни был образцом командного игрока на молодежном Чемпионате мира.
- Дауни продемонстрировал, что он вполне может держать свои разрушительные устремления на коротком поводке, - продолжил он. – Но сейчас он показывает, что ему глубоко плевать на команду. Он хочет уехать из Питерборо, и играет соответственно. Набирает очки – да, но при этом в каждом его движении читается – «я не хочу здесь оставаться».
Шансы Питерборо на победу в матче против «Сент Майкла» выглядят очень хорошими, но все начинает рушиться во втором периоде. В своей второй смене в безобидной ситуации Дауни грубо толкает на борт соперника и получает две минуты. Большой штраф ему не выписали, но отнюдь не потому, что он плохо «постарался». «Питерборо» не пропустил в меньшинстве, но с этого удаления Дауни начал играть по своей собственной, сумасшедшей программе.
«Сент Майкл» забил дважды во втором периоде и повел со счетом 3:2. В начале заключительной трети, когда «Питерборо» прижал соперника к воротам, Дауни схлопотал еще одно глупое удаление. На этот раз он на полной скорости въехал в голкипера «Сент Майкла» Джейсона Миссиэна. Ругань Стива по пути к скамейке штрафников слышали все зрители. Напоследок он с яростью захлопнул калитку, от чего борт раскачивался еще долгое время. Меньше чем через минуту компанию ему составили два партнера, зараженные примером своего непутевого одноклубника. Бригада большинства «Сент Майкла» забросила четвертую шайбу, и вопрос о победителе был практически снят.
Честное слово, со стороны Дауни это выглядело так, как будто он поставил себе цель спровоцировать какую-нибудь заварушку и получить дисквалификацию. Но, при этом, он ни разу не переступил черту. Он просто сделал ровно столько, чтобы показать, что он переживает за результат. На самом деле, ему было все равно на то, как закончится этот матч….»


Дауни, безусловно, одна из самых ярких фигур канадского хоккея на сегодняшний день. Все его выходки сопровождаются весьма неплохой результативностью, в том числе и в НХЛ.

Его карьера в "Шоу" пока складывается весьма неплохо, если говорить о статистических достижениях. Однако началась она вполне в стиле Дауни. В сентябре 2007 года он заработал пятую по продолжительности дисквалификацию в истории НХЛ (20 матчей) за грязный силовой прием в прыжке против игрока «Оттавы» Дина МакЭммонда.

Столько же матчей Дауни был вынужден пропустить в АХЛ, после того как 28 февраля 2009 года ударил лайнсмена клюшкой по ноге. Причиной этого поступка стал противоречивый гол в пустые ворота, заброшенный соперником и засчитанный судьями.
Были проступки и помельче.
5 января 2008 года Дауни спровоцировал потасовку с форвардом «Торонто» Джейсоном Блэйком. Пока лайнсмен держал Блейка за руки, Стив исподтишка ударил соперника, повредив ему лицевую кость. Любопытно, что в той же игре Дауни забил свой первый гол в НХЛ.

9 февраля 2008 года наш герой в матче против «Нью-Йорк Рейнджерс» попал под силовой прием Федора Тютина. Падая, Дауни коньком ударил по лицу лайнсмена Пэта Дапуццо. Пострадавшему наложили 60 швов. Карьеру ему пришлось закончить.
13 мая того же года Дауни провел жесткий силовой прием против форварда «Питтсбург Пингвинз» Петра Сикоры. Он толкнул соперника на борт после того, как был заброшен гол в ворота «Тампы». Сикора даже не владел шайбой.

В марте 2010 года Дауни был дисквалифицирован и подвергнут денежному штрафу за опасный силовой прием против Сидни Кросби.
И это далеко не полный список «прегрешений» этого парня.

Сейчас он выступает за «Тампу-Бэй Лайтнинг» и на выездах делит номер с одним из лучших игроков НХЛ Стивеном Стэмкосом. Посмотрим, что из этого выйдет.

Величайшая ошибка на Драфте НХЛ

Общаясь с представителями «Иностранного Легиона» ХК «Амур», можно весьма серьезно расширить свой кругозор. Причем не только житейский, но и профессиональный.
Во время одного из чартерных рейсов в начале сезона Дэвид Линг, тогда еще игравший в Хабаровске, подарил мне книгу. Выглядела она, надо сказать, весьма непрезентабельно. Простой черный переплет, неприятная на ощупь бумага. Но вот то, что на ней было написано, определенно заслуживало внимания.
Сей фолиант создал Гэйр Джойс – канадский спортивный журналист, который год своей жизни посвятил изучению канадского юниорского хоккея и 12 месяцев колесил по стране, как это делают скауты НХЛовских клубов.
Смотрел на перспективных игроков, общался с ними и с их родителями, делал выводы, которыми делился с клубами НХЛ…
Книга оказалась настолько интересной, что не поделиться с вами ее содержимым я просто не имею права.


GARE JOYCE
«FUTURE GREATS and HEARTBREAKS»
A YEAR UNDERCOVER IN THE SECRET WORLD OF NHL SCOUTS
Doubleday Canada 2007

У скаутов в НХЛ память гораздо лучше, чем у их начальников. Взять хотя бы Дэна Бойда. Среди всех его успехов на драфтах за время работы в Оттаве и в Квебеке, есть один игрок, которого этот скаут до сих вспоминает с содроганием. Причем этого парня Дэн Бойд не выбирал на драфте. Он был его тренером в юниорской лиге.
Вообще, говоря о величайших ошибках на драфтах НХЛ, специалисты обычно вспоминают несколько «дежурных» фамилий. Для скаутов эти ребята – как разрекламированный товар, который оказался браком. Как фильмы, которые должны были стать блокбастерами, а в итоге с треском провалились в прокате. Что любопытно, эти ошибки не являются упущением одного человека. Они – «продукт коллективного творчества».
Чаще всего, говоря о разочарованиях драфта, упоминается фамилия Брайана Лоутона, выбранного «Миннесотой» под первым номером в 1983 году.
Как выяснилось впоследствии, генеральный менеджер «Миннесоты» Лу Нанне жестоко ошибся насчет этого парня, который начинал заниматься хоккеем буквально через дорогу от Арены «Северных звезд». Нанне, выбрав Лоутона, упустил возможность заполучить троих (!) будущих членов Зала Хоккейной Славы – Пэта ЛаФонтэйна, Стива Айзермана и Кэма Нили, которые «ушли» позднее.
Но что хуже всего – генменеджер «Миннесоты» до этого казуса считал себя самым умным парнем в бизнесе. В начале 80-х он разработал специальный тест для будущих звезд.
- Мы потратили кучу денег и времени для разработки этой системы, и я считаю, что это новое слово в работе скаутов, - сообщил Нанне в интервью «Globe and Mail» в 1982 году. – Уверяю вас, что наш тест является максимально точным.
Что ж, выбор Брайана Лоутона показал, что система Нанне, в лучшем случае, весьма приблизительна. К 1985 году генеральный менеджер «Миннесоты» о своем детище уже и не вспоминал.
В сравнении с тем, чего добились Айзерман, ЛаФонтейн и Нили, показатели Лоутона выглядели, мягко говоря, весьма скромно. Да что говорить, если все остальные игроки из первой десятки драфта сделали более выдающуюся карьеру в НХЛ. Однако у Лоутона, во всяком случае, было то, что можно назвать карьерой – он провел чуть меньше 500 матчей в Национальной Хоккейной Лиге, забил 112 голов (21 из них в 66 матчах в возрасте 21 года).
История Лоутона не столько о провальном выборе на драфте, сколько о том, что ожидания оказались гораздо выше, чем достижения игрока. По правде говоря, НХЛ просто разрушила этого парня.
Нет, самым глупым, провальным, переоцененным, катастрофическим (называйте как хотите) стал выбор «Эдмонтоном» Джейсона Бонсиньора в 1994м. В начале того сезона Центральное Скаутское Бюро в своем рейтинге поставило Бонсиньора на первое место среди всех североамериканских полевых игроков. У него были проблемы даже в Юниорской Лиге Онтарио, время от времени он совершал идиотские поступки вне льда, но специалисты продолжали сравнивать его с Марио Лемьё. Бонсиньор на льду делал все, чтобы опровергнуть это сравнение, но при этом одевал под хоккейный свитер черную водолазку – прямо как «СуперМарио». Может, это и вводило скаутов в заблуждение.
Выросший в Рочестере (штат Нью-Йорк) Джейсон, похоже, даже не задумывался о том, чтобы стать «Американским Марио».
- Он был чертовски талантливым парнем, - вспоминает Дэн Бойд, его тренер в юниорских командах. – Помню, как в ключевые моменты тяжелейших матчей он, если хотел, мог взять игру на себя и перевернуть все с ног на голову. Прямо как Лемьё.
Ключевые слова здесь – «если хотел». Бонсиньор был кем угодно, но только не бойцом по духу. На самом деле, казалось, что хоккей интересовал его куда меньше, чем автогонки и картинг.
- Он только об этом и думал, - говорит Бойд. – Его отец был гонщиком. Джейсон говорил всем, что карьера в НХЛ для него – это возможность заработать денег и открыть свой автодром.
Грант Сонье, в прошлом - помощник Дэна Бойда в команде ОХЛ «НьюМаркет Ройялс», а ныне – скату клуба НХЛ «Лос-Анджелес Кингс», придумал очень простой способ для оценивания игроков. Представьте, что у вас есть три категории – талант, игровое мышление и характер – и только шесть фишек, чтобы распределить их между этими категориями. Как вы это сделаете относительно определенного хоккеиста? Дискуссии, которые разворачивались между скаутами за пивом по этому поводу, были близки к философским диспутам. Однажды я спросил Сонье, если бы он был скаутом в те времена, когда Джейсон Бонсиньор драфтовался, как бы он распределил пресловутые фишки для этого игрока? Ответ был прост и лаконичен: шесть – в талант, ноль – в игровое мышление, ноль – в характер.
Сейчас самое главное очевидно, но тогда специалисты упустили это из виду: у Джейсона Бонсиньора был сумасшедший талант к хоккею, но никакого к нему интереса. Несмотря на то, что с помощью хоккея он мог бы добиться потрясающего успеха.
- Он был хорошим парнем, отлично выглядел, ему все легко давалось, - вспоминает Бойд. – Но одноклубники просто ненавидели его.
Грант Сонье утверждает, что «ненавидели» - это не преувеличение, а просто констатация факта.
- Помню, он вернулся с молодежного чемпионата мира и повесил американский свитер, в котором играл, на самое видное место в своем шкафчике, - говорит Сонье. – Так ребята вытащили его оттуда, бросили в центре раздевалки и… сожгли.
Неудивительно, что по ходу сезона 1993-1994 годов Бойд обменял Бонсиньора. Но ставки игрока от этого не упали в цене, и специалисты продолжали считать его будущей мегазвездой.
Глен Сатер, генеральный менеджер «Эдмонтона», в том сезоне поставил перед своими скаутами задачу – выбрать на драфте надежного хоккеиста. Необязательно звезду. Задача упрощалась тем, что у «Нефтяников» тогда было целых два «высоких» выбора – общий 4 и 6 номера.
- Я сказал своим скаутам, что эти два выбора мы обязаны потратить на игроков, которые обязательно заиграют в НХЛ, - вспоминает Саттер. – Может, не сразу, но обязательно заиграют. Ошибок допускать нельзя. Было бы здорово заполучить таких ребят, как Джейсон Арнотт, но это тогда звучало слегка оптимистично. Наши выборы должны были быть потрачены на хоккеистов, которые, как минимум, смогут стабильно играть в третьем звене.
И скауты «Эдмонтона» нацелились на Бонсиньора. Уж он-то, думали они, гарантированно сможет играть в третьем звене.
- Исходя из того, что мы искали, Бонсиньор был, как принято говорить, «полным набором», - признается Кевин Прендергаст, Директор хоккейной администрации «Нефтяников».
Особый упор был сделан на первый выбор «Эдмонтона» - общий четвертый. Ко второму выбору скауты относились с прохладцей. Некоторым нравился Райан Смит, кому-то – другие игроки. Забавно. Смит впоследствии стал сердцем, душой и лицом «Эдмонтона» на более чем десять лет. В детстве он играл в хоккей в свитере «Ойлерз» на заднем дворе родительского дома в Эдмонтоне , но в 1994м году мало кто мог разглядеть в нем перспективного игрока, и уж точно не того, кто впоследствии приведет «Нефтяников» в финал Кубка Стэнли.
А Джейсон Бонсиньор, с другой стороны, показал, что он являлся не совсем «полным набором». Достаточно взглянуть на его статистику…
Джейсон Бонсиньор провел в НХЛ 79 матчей, забив три гола.
Сейчас он живет в родном Рочестере, работает промоутером на одном из нью-йоркских автодромов. На связь с журналистами не выходит…

ЯНН ДАНИ "сменил голову"

К выездному матчу «Амура» против «Трактора» голкипер сине-белых Янн Дани наконец-то получил свой новый шлем.
Он выполнен в цветах дальневосточного клуба, на нем изображен герб Хабаровского края, амурский тигр, а также архитектурные достопримечательности Хабаровска. Кроме того, на затылке у канадца теперь будут красоваться флаги Канады и Хабаровского края, а также стилизованная надпись с именем сына – полуторагодовалого Джейдена.
Доставка сего произведения искусства хозяину стала для нас реальной головной болью. Оказалось, что послать шлем напрямую из Канады в Россию невозможно в силу каких-то таможенных ограничений. Пришлось отправлять посылку в Латвию, где ее вчера и забрал находившийся в Риге для получения визы Стив Диксон.
Этого мужчину я встречал в аэропорту Челябинска. Команда прибыла туда около половины девятого вечера по местному времени, а московский рейс с Диксоном, шлемом и помощником главного тренера Александром Нестеровым приземлился в 22:40.
Время ожидания мне скрашивали "Интерны" и смс-ки от Дани, который с нетерпением ожидал свой головной убор.
Убор оказался весьма привлекательным, особенно затылочная часть. Глядя на горящие глаза Янна, принимающего из моих рук свою "прелес-с-сть", у меня возникло подозрение, что он будет в ней, точнее, в нем спать.
Впрочем, пусть делает что хочет. Лишь бы результат был.

Luc Rabbittail и перелет

В самолете Льюису не понравилось. Поэтому он вел себя весьма беспокойно и неадекватно. При взлете пытался вырваться наружу через иллюминатор, но безуспешно.



Потом стал приставать к массажисту Максиму Лукашу, мешал ему смотреть фильм и требовал сделать массаж плечевого пояса





После того, как Максим вежливо, но убедительно Льюиса послал, жЫвотное начало приставать к Сергею Борисову

На выезд вместе с Люисом

Знакомьтесь, это Льюис. Сие плющевое чудовище нежданно-негаданно присоединилось к нам перед выездом на турнир в Омск. Друзья решили отправить этого кролика со мной "зайцем". Существо, уже объехавшее половину земного шара, с ногами, как спагетти, и глазами, напоминающими чернобыльский горох, решило на себе испытать все прелести выездной хоккейной жизни. И вот что из этого получилось.

Кролик оказался весьма компанейским и уже в хабаровском аэропорте стал налаживать контакты с командой. Для начала познакомился с Алексеем Копейкиным и Михаилом Рязановым.



Затем присоединился к Сергею Севостьянову и Алексею Широкову



С Виталием Шулаковым повел себя и вовсе бесцеремонно



Послушал музыку вместе с Александром Аксененко



Почитал аглицкую книгу вместе с Ноланом Праттом



После этого был схвачен и пришпандорен Сергеем Акимовым



Сергей Плотников по ошибке принял Льюиса за конкурента за место в основе и был с ним неласков



После пережитого стресса Люиса пришлось отпаивать, откачивать и успокаивать. Первое сделал Тайлер Мосс



Михаил Рязанов пытался кролика успокоить, но, похоже, напугал его еще больше



Перед посадкой отдохнул в капюшоне Игоря Игнатушкина



Продолжение следует (Льюис в самолете, Люис в Омске...)

Не шутите с канадцами.

Помню, брал у Ванвига интервью после второго матча с Ригой, когда он, собственно, счет за 35 секунд до конца сравнял. Интересовался, что может вывести из себя такого улыбчивого и прикольного парня. В общем, поговорили, возвращаемся в раздевалку. А там Игги показывает пацанам свежую фотку - Кайл после забитого Риге гола стоит на коленях и, широко открыв рот, кричит. Фишка в том, что на снимке к герою успел для объятий подъехать Егор Башкатов. Причем паховая область Егора находилась на одном уровне с лицом коленопреклоненного Ванвига. 17й номер удовлетворенно улыбался. В общем, вы понимаете. Сначала чуть не обделался от смеха Мосс. Потом я понес фото по периметру раздевалки. Ржем так, что слезы текут. И тут я дохожу до самого Кайла. Он смотрит на фото, на массовый психоз в раздевалке, потом на меня. Причем как-то странно. И тут мгновенно хватает воротник моей рубашки и заносит вторую руку для удара. Подумать я тогда нифига не успел, но смеяться почему-то перестал. А Кайл, вдруг улыбнулся и, видя недоумение и, не побоюсь этого слова, страх на моем лице, сказал: "Ты чего? Расслабься, дружище. Я ж шучу. Зато теперь ты знаешь, как меня можно разозлить". После того случая я с Кайлом был предельно корректен ;)

Позитивный настрой - залог успеха

Мы находимся в поездке только один день, а впечатлений у меня, как минимум, не меньше, чем за все предыдущие командировки этого сезона. Причин тому несколько - и обо всем по порядку.
Нынешний выезд для "Амура" стал первым международным в нынешнем сезоне. Это не дало нам заскучать уже в дороге. К тесным ТУ-134 и вынужденным промежуточным посадкам мы уже как-то привыкли. Но на этот раз все было не совсем так, как всегда.
Вылетев из Хабаровска примерно в 10:30 утра, через три с половиной часа мы посредством шасси аэроплана вступили в контакт с асфальтом ВПП иркутского аэропорта. Садиться там приходилось и раньше - для дозаправки. Теперь же нам предстояло, в полном соответствии с законодательством нашей страны, пройти таможенный контроль в последнем родном авиапристанище перед вылетом в дружественный Казахстан. На практике это означало следующее: в Иркутске мы выгребаем из самолета все свои вещи (ручную кладь и багаж), переносим их из избушки прилета в здание международного аэропорта, там заново региструемся, убеждаем таможенников в своей полной легитимности - и отправляемся дальше. Однако на практике все это происходило гораздо веселее, благодаря куче мелочей, произошедших на данном этапе поездки.
Сначала иркутская земля предприняла атаку на мой мозг еще при посадке. Самолет планомерно снижался, как вдруг я обнаружил в иллюминаторе дымовую фанстасмагорию.


Последователи Фрейда наверняка углядят в этом столбе фаллический символ (который, как известно, лучше, чем символический фаллос), однако мне примерещился некий боксер, бьющий левой. Пикантности сложившейся в голове картине добавляла иллюзия того, что а) у боксера был хвост б) кто-то по плечо откусил ему ударную левую руку в) наш герой, видимо, так вкладывался в удар, что в процессе у него отлетела часть головы. Вот.


На выходе из зала прилета иркутского аэропорта привычно позабавили местные таксисты, предлагавшие свои услуги. Ваш покорный слуга сообщил им, что у нас уже имеется крылатое такси, на котором нам вскоре предстоит отправиться туда, куда уважаемые господа смогут доставить через недельку. Благодаря безграничным возможностям русского языка вся эта информация уместилась в одну фразу )))

Однако когда мы получили баулы и потащили их к зданию международного аэропорта, у иркутских таксистов появилась работа. Точнее, у одного из них. Так получилось, что стоял этот счастливчик именно на той траектории, по которой свой колесный мегачемодан тащил Тайлер Мосс. Догнав канадца, я услышал примерно следующий диалог:

- Сколька стоет?

- Куда?

- В еропорт.

- Так мы уже в аэропорту!

Наш "Анатолий", видя, что до вожделенного входа идти еще метров триста, и оценив количество еще не перенесенных вещей, решил упростить процедуру, погрузив скарб в так кстати подвернувшийся минивэн. Таксист, поняв, чего от него хотят, заломил цену в 150 рублей. За это внутренности его автомобиля были под завязку напичканы багажом, с которым он и проехал нужные 300 метров. Появление машины с баулами и Моссом были встречены одобрительными возгласами администраторов команды. Молодчик, Моссер, в общем. Потратил деньги, но сэкономил время и силы.

В ожидании погрузки на борт деньги с пользой потратил и Мэтт Мерли



А пока американец покупал в duty-free брелок "СССР", ваш покорный слуга искал в зале оэидания электрическую розетку, дабы зарядить компьютер. Нашел. И выпал в осадок. Найдите и вы.



Однако, главный отжиг дня произвел на свет Тайлер Мосс. Произошло это при посадке в Астане. При подлете внизу была видна снежная равнина, на которой какашками невиданного животного были раскиданы группы каких-то деревьев.


Затем на горизонте нарисовалась Астана, красивая даже с высоты. Наблюдение за ней прервал Мосс, тыкавший меня в спину с заднего сиденья. Обернувшись, я увидел на экране его МАКа карту Казахстана, название страны на которой было написано как-то странно. В следующем кадре на камеру шел и призывно размахивал руками... Борат! Ну кто же еще ))))) Тайлер вместе с ноутбуком повернулся к задней части салона и изрек, обращаясь к гражданину Казахстана Владимиру Антипину:

- Вова, твой брат сегодня к нам заглянет?

Креатив был встречен громким взрывом смеха. Петер Нюландер не мог прийти в себя даже в автобусе, который вез нас в здание аэровокзала.



(продолжение следует)

Двойной Агент. Часть вторая

ДВОЙНОЙ АГЕНТ

Автор: Эрик Адельсон
Перевод: Алексей Чечелев


… Вернемся к хоккею. Конец восьмидесятых. Отслужив в спецподразделениях, Теофанос отправляется в Гарвард. Там он изучает Советский Союз, причем его обучение оплачивает армия. Пол узнает о том, как успешно спортивное агентство IMG проникло в Россию. Он понимает, что любит спорт и знает о нем многое, поэтому пробует устроиться на работу именно в IMG.

Но Пол Теофанос, выживший в дюжинах экстремальных ситуаций по всему миру, едва не погиб в автопроисшествии за день до своего решающего собеседования в агентстве. Его сбило нью-йоркское такси.

В спецподразделениях его учили терпеть боль, поэтому на интервью он явился в положенный час. С поврежденной малоберцовой костью и вымученной улыбкой. Не ухмыльнулся после вопроса, обладает ли он необходимыми для переговорщика качествами. Хотя мог. Только после финального рукопожатия президент компании Марк МаКормак заметил, что его новый работник странно морщится. Теофанос получил работу.

И вот, в начале девяностых, в Москве, он пытается вытащить Валерия Каменского из объятий рушащейся империи…

Но, минуточку. Солдат спецподразделений армии США становится спортивным агентом и переезжает в Москву? Вам это не кажется забавным?

- Есть немного, - признается сам Пол. – Но, на самом деле, все это – лишь совпадение.

А затем он предлагает поговорить с его бывшими клиентами. Говорит, позвони им. А потом перезвони мне. Стремительно поднимается и уходит из ресторана, который к тому времени начинает пустеть.

Каменский отвечает на звонок из своей машины. Да, он помнит те переговоры в Москве.

- Я был молодым хоккеистом. Тогда игрок моего возраста не мог просто так взять – и уехать в НХЛ, - рассказывает Валерий. – А Пол был единственным агентом, который говорил по-русски. Он взял меня под полную опеку.

Каменский, вот уже несколько лет как закончивший с хоккеем, вспоминает, что звонил Теофаносу в Нью-Йорк из Квебека. Чтобы тот заказал ему домой пиццу.

- Мы как братья, - говорит Валерий. Но знает ли он про то, что его «брат» служил в спецвойсках? – Он ничего такого мне не рассказывал. А я и не спрашивал. В СССР практически все состояли в армии. Может, Пол пошел служить забавы ради.

Ради забавы. Точно.

В раздевалке «Анахайм Майти Дакс» после одного из матчей плей-офф стоит защитник Сандис Озолиньш. У него есть своя история про Теофаноса.

Шел 1991 год. Озолиньш играл в Объединенной команде СНГ на молодежном чемпионате мира в Германии. После тренировки Теофанос подошел к нему и «рекомендовал» выйти для пробежки после отбоя. Сандис, тогда еще девятнадцатилетний парень, дождался наступления темноты, оделся и отпросился у тренеров. На улице начал наматывать круги. Минута шла за минутой, но ничего необычного не происходило. Озолиньш начал всерьез подумывать о том, чтобы вернуться в гостиницу. Вдруг рядом с ним остановилась машина с выключенными фарами. Бесшумно открылась дверь. Сандис запрыгнул внутрь. За рулем сидел Теофанос. Он отвез своего подопечного в ближайшую закусочную (греческую, что неудивительно). Там сидел тогдашний помощник генерального менеджера «Сан-Хосе Шаркс» Дэн Ломбарди с неподписанным контрактом.

- Вы знаете, - шутит Озолиньш, - обычная ситуация для спецагента.


Один из близких друзей Сандиса тоже был клиентом Теофаноса. Арчи Ирбе любит рассказывать про «дядю Пола». Вспоминает 1991 год. Тогда он с семьей приехал в Москву из Латвии, в надежде получить визу. То, что он обнаружил в столице России, можно описать одним словом – анархия. У американского посольства бушевала настоящая толпа. Все, как и сам Ирбе, пытались вырваться из страны. Глядя на происходящее, Артурс понял, что у него нет шансов. Затем позвонил своему агенту, и спустя пару минут работник посольства «выдернул» его из живой человеческой массы. До сегодняшнего дня Артурс не знает, как Теофаносу удалось все устроить.

Полковник Скотт Кроуфорд перезвонил мне несколько месяцев спустя после первого разговора.

- Все эти истории – правда, - просто сказал он.

Кроуфорд познакомился с Теофаносом в середине 80-х. Они вместе тренировались в Европе в составе спецкоманды «А». Двенадцать человек, призванные осуществлять «специальные миссии». Теофанос был специалистом по вооружению, Кроуфорд – руководителем группы.

- Он для меня как брат, - говорит полковник. – Пол даже стал крестным отцом одной из моих дочерей.

И еще.

- За что я действительно, по-настоящему уважаю Пола – это то, что он сделал после 11 сентября 2001 года, когда «Аль-Каида» уничтожила башни Всемирного Торгового Центра.

Что именно?

- Мой уровень доступа – «совершенно секретно», - признается Кроуфорд. – Но я толком не знаю, чем именно занимался Пол.

(продолжение следует)

Двойной агент

Так уж получилось, что болельщики видят лишь верхушку айсберга под названием «Профессиональный Хоккей». То, что происходит на льду. Однако, помимо игроков и тренеров, есть немало личностей, заслуживающих нашего внимания. Одна из них – спортивный агент Пол Теофанос, представляющий интересы многих известных хоккеистов в Северной Америке. Также он является агентом всех легионеров хабаровского «Амура».
Недавно Пол прилетал в Хабаровск, однако визит его был недолгим, и встретиться для обстоятельного разговора нам не удалось. Впрочем, за те несколько минут, что мы беседовали, Теофанос произвел довольно необычное впечатление. В этом высоком, сухощавом человеке с волевым лицом было что-то…
Что именно, выяснилось позже.
Приятель, работающий журналистом в одном из крупнейших североамериканских спортивных журналов – ESPN – прислал материал под заголовком «Двойной Агент». Когда я открыл файл, на меня с монитора испытующим взглядом смотрел тот самый Пол. Начав читать, я очень скоро понял смысл заголовка.
Поверьте, история Пола Теофаноса заслуживает вашего внимания.

ДВОЙНОЙ АГЕНТ

Автор: Эрик Адельсон
Перевод: Алексей Чечелев

Москва, 1991 год.

На балконе шикарного номера гостиницы «Савой» стоит задумчивый мужчина. Это Валерий Каменский, один из ярчайших российских хоккеистов тех лет.
В номере агент и владелец клуба НХЛ «Квебек Нордикс» пытаются убедить советские военные структуры отпустить Каменского в Северную Америку. Если переговоры закончатся неудачей, игрока и его семью ждут большие проблемы.
Агент то бегло разговаривает по-русски с армейскими представителями, то звонит в Кливленд, чтобы получить консультацию у своих боссов. Он близок к успеху – Каменский уже почти свободен. Но… Агент слышит непонятные щелчки каждый раз, когда поднимает телефонную трубку в номере. Вот снова. Линия прослушивается. Кто-то явно не хочет, чтобы игрок уезжал из страны.
Получив очередное предложение от Советов и согласие от владельца «Квебека», агент говорит, что ему нужно кое-что уладить и уходит. На улице он садится в автобус, но тут же замечает черный седан, преследующий его. Спрыгнув с автобуса, агент пытается оторваться от «хвоста». Машина следует за ним. Агент бежит быстрее. Седан ускоряется. В конце концов, человек оказывается прижатым к стене. Он оборачивается и видит автомобиль в сантиметрах от себя. Затем медленно поднимает руки, как будто сдается.
На самом деле, он показывает преследователям два средних пальца.
Агент резко поворачивает направо и бежит вдоль стены, в первом же удобном месте перелезает через нее. Он бежит в условленное место, чтобы встретиться с русским знакомым. Вместе они идут к телефону автомату, и друг достает из сумки какое-то устройство. Он говорит, что с его помощью можно защитить линию от прослушивания. Агент поднимает трубку – щелчков не слышно. На другом конце провода его боссы дают последнее указание: принять предложение Советов.
Вот так один из самых талантливых молодых хоккеистов Советского Союза стал игроком «Квебек Нордикс».
Эта история – одна из самых правдоподобных в репертуаре агента. И лишь одна из немногих, которую он может свободно рассказать.

Пол Теофанос сидит в шумном ресторане в центре Манхэттена солнечным весенним днем. Его баритон хорошо слышен на фоне других голосов. Он в черном свитере, джинсах и кроссовках среди строгих костюмов и шикарных нарядов. Сейчас, десять с лишним лет спустя после «дела Каменского», Теофанос ведет дела многих иностранных спортсменов. Его клиентами были латвийский защитник Сандис Озолиньш и его соотечественник Артурс Ирбе, российский форвард Сергей Брылин, теннисист Андрей Медведев и даже Анна Курникова. Можно сказать, что Пол Теофанос помог обрести свободу целому поколению иностранных спортсменов, которые впоследствии изменили спортивный ландшафт в мире.

Определенно, ему есть что рассказать. И он – весьма необычный агент.

Он не носит костюмы от Армани или шикарные аксессуары. У него нет юридического образования. Зато у него есть диплом из Форт Брэгга (Форт Брэгг - база военно-воздушных сил и спецподразделений США – примечание переводчика). Именно поэтому Теофанос может легко найти «жучок» в телефоне или оторваться от «хвоста». Потому, что перед тем, как стать спортивным агентом, он был агентом спецподразделений США. И, хотя он может в красках описывать падение коммунизма в СССР, он еще долго не будет рассказывать о своем участии в подавлении движения Талибан.

Теофанос заказывает сэндвич и начинает свою «историю». Он вырос в Нью-Йорке, в семье патриотичной греческой семьи, патриотизм которой распространялся не только на свою страну, но и на хоккейный клуб «Нью-Йорк Рейнджерс».
Пол был вратарем в команде Университета Денвера. Не получилось. Он пробовал работать на Уолл-Стрит после того, как закончил обучение в 1982-м. Но ненавидел эту работу. Тогда он пришел в офис к военным и сказал: «Я хочу заниматься самым тяжелым делом, которое вы можете мне предложить». Теофанос не сумел стать «Рейнджером Нью-Йорка». Но рейнджером Армии США… Это было ему по силам.

Самым тяжелым в Армии были Спецподразделения. В Форт Брэгге Теофанос прошагал сотни километров с пятидесятикилограммовым рюкзаком за плечами, научился пользоваться разными видами оружия. Однажды ему дали живую курицу и десантировали в безлюдном лесу.

- Увидимся через неделю, - сказал инструктор, перед тем как Пол прыгнул вниз с парашютом.

Сейчас, уплетая салат за столиком в ресторане, Теофанос смеется, вспоминая об этом. А затем достает из сумки фотографию и передает ее через стол. Дюжина мужчин стоит на фоне гор, все в тюрбанах и с длинными бородами.

- Посмотрим, сумеешь ли ты найти меня среди них, - улыбается Пол.

Где сделано фото? В Афганистане. Что он там делал? Без комментариев. Участвовал ли он в перестрелках с врагом?

- Послушай, некоторые вещи я не рассказываю даже членам своей семьи, - говорит Теофанос.

Он говорит, что фотография сделана в восьмидесятых, когда он «осуществлял некоторые действия в интересах внешней политики США». Что это значит? Тренировать местных моджахедов, чтобы они потом воевали с советскими войсками? И не тот ли это регион, который впоследствии станет базой для подготовки боевиков «Аль-Каиды»?..

Теофанос заказывает кофе и меняет тему разговора…

История одного выезда. Часть, наверное, первая

25 ноября. Москва.

Это был довольно длинный день. 
Начался он с утренней раскатки, ездить на которую в этом сезоне стало моей прямой обязанностью – иностранцы на языке Пушкина и Достоевского пока не понимают, а быть в курсе игровых заданий и тактических схем команды им, как вы понимаете, жизненно необходимо. В общем, ребята усаживаются покомпактнее, а я шепотом ретранслирую для них то, о чем говорит коуч. 
На этот раз раскатка была не слишком ранней – 9:45 отъезд из гостиницы (10 минут езды до «Сокольников»), 10:30 –лед, 11:30 – собрание. Помнится, на раскатку в Мытищи мы выезжали в 7:30. Лично для меня это была настоящая пытка. Проснувшись в 6:40 и закинув в себя яичницу с рисовой кашей на завтраке, тело было помещено в автобус, в котором доехало до «Арены Мытищи». Разум находился где-то далеко и присоединился к физической оболочке лишь на обратном пути в гостиницу. Вспоминая это, «спартаковские» 9:45 казались легкой прогулкой.
Все бы ничего, да только уснуть в комфортабельном номере гостиницы «Холидэй Инн Сокольники» мне удалось лишь в пять утра. Никаких нарушений режима – просто организм бунтует против маятникового асинхроноза. В половине первого ночи я лег в кровать с книгой, которую перед поездкой мне презентовал Мэтт Мерли. Называется она «Boys will be boys. The glory days and party nights of the Dallas Cowboys dynasty». Читать по-английски довольно непривычно, но этот фолиант в суперобложке того стоит. История элитного клуба НФЛ рассказана без купюр: создание легендарной команды, великие победы, кокаиновые дорожки в ночи и прочие атрибуты заокеанского профессионального спорта.  
Так вот, я лег с книгой в руке, надеясь, что чтение заменит снотворное. Но «рубануло» только около пяти часов утра. В восемь сумасшедшее московское утро ворвалось в номер. Я пополз в ванную. 
Процесс пробуждения завершила Metallica. Очень рекомендую. Особенно вещи с их нового альбома. Если первые четыре трека на максимальной громкости в наушниках не смогут вас взбодрить – смело обращайтесь к доктору. Впрочем, есть вероятность, что после описанной процедуры доктор вам уже не поможет.
В 10 утра мы были в «Сокольниках». Дворец к новым никак не отнесешь, но я бы назвал его уютным. Ни больше, ни меньше. Удобная раздевалка, красно-белые трибуны, красное же ковровое покрытие на полах вокруг коробки… 
На раскатке все как обычно. Стандартный набор упражнений, большинство-меньшинство, буллиты. Настроение у ребят хорошее, что неудивительно, ведь выезд начался с победы над «Витязем». 
После раскатки Петер Нюландер предлагает прогуляться до гостиницы пешком. Погода вполне нормальная, идти недалеко, поэтому до улицы Русаковской, на которой возвышается громада нашего отеля, мы отправляемся на своих двоих. Примкнувшие было к процессии Тайлер Мосс и Нолан Пратт позже отстали – наш непредсказуемый вратарь внезапно растворился в помещениях ледового дворца. 
Сказать честно, на меня Москва оказывает прямо-таки гнетущее впечатление. Безумный темп, сумасшедшее движение на дорогах и что-то неуловимое в воздухе… Кажется, что даже низко повисшие свинцовые тучи давят на твои собственные плечи. Хотя, быть может, это пресловутая акклиматизация так влияет на восприятие.
На пути к отелю одна остановка – Петер решил купить чего-нибудь из еды для предматчевого полдника, который для нашего шведа является традицией. Обычно «уничтожению» подлежат йогурты и что-нибудь из выпечки. Вот и на этот раз «посланник Тре Крунур» направляется к отделу молочной продукции. Я иду рядом, ожидая услышать, как Нюландер будет объясняться с продавцом.
- Можьна клюбнишны йогурт, пашалуста, - говорит Петер и шведским пальцем недвусмысленно указывает на желаемый продукт. 
- Да, канешьна, можьна. Трицать шесть пиисят - в тон ему отвечает продавец с лицом явно кавказской национальности, который, кажется, русским владеет немногим лучше, чем наш швед. Москва…
Завершающим аккордом нашего «шопинга» стали две горячие ватрушки с творогом, одну из которых я съел по пути в гостиницу. 
13:30 – обед в формате шведского стола. Особенно хорош был густой борщ с мясом и сметаной. Как дома, честное слово. 
После обеда – небольшой сеанс Интернет-связи с домом, а потом – здоровый послеобеденный сон. Впрочем, уснуть опять не получилось. В руки сама собой прыгнула неизбежная книга Мэтта Мерли. Узнав о том, как «династия» «Ковбоев» из «Далласа» была бездарно развалена, обнаруживаю, что уже, в общем-то, пора выезжать на игру. Время – 16:30. Собираю сумки, в которых большую часть свободного места занимает «мини-монтажная студия» (для выездных видеопросмотров), и спускаюсь вниз. 
17:00 – на улице стопроцентная темнота и противный мокрый снег. Некоторые игроки до Дворца отправляются пешком, остальные загружаются в автобус. 10 минут езды помогает скоротать iPod, из которого своим неповторимым голосом вещает о какой-то сногсшибательной женщине Том Джонс. Приехали. 
У гостевой раздевалки барражируют московские журналисты, представляющие «Советский Спорт» и «Чемпионат.Ру». Завидев выглянувшего в холл Мэтта Мерли, начинают пытать американца по поводу его ощущений от решения ИИХФ, разрешившего ему играть в России. Мэтт отделывается общими фразами и исчезает в раздевалке. Там – обычная предыгровая суета: одним делают массаж, другие готовят клюшки, третьи читают местные программки к матчу, другие пьют кофе-чай или просто «медитируют» на своих местах. 
Я проверяю функциональную боеготовность камеры, которой через час с небольшим предстоит снимать матч, узнаю у местных охранников, где находится «гостевой» сектор, который вскоре должна заполнить «хабаровская диаспора» в Москве и вот - уже раскатка. Музыка в «Сокольниках» играет бодренькая – рок старой школы – но уж слишком тихая, на мой вкус. С «Платинум Ареной» не сравнить. 
В 19:30 начинается матч. Такое время, как можно догадаться, выбрано для того, чтобы московские болельщики успевали к началу игры, несмотря на работу и неизбежные пробки. Однако к стартовому свистку трибуны напоминают пустыню с двумя оазисами друг напротив друга – сине-белым и красно-белым. Фанатская трибуна москвичей против гостевого сектора «Амура». На первых секундах слышно хозяев – они начинают мощно скандировать традиционное «Боже, Спартак храни!». Именно под этот аккомпанемент защитник «Амура» Михаил Рязанов забивает совершенно сумасшедший гол: ворвавшись в чужую зону по центру, он ловит шайбу в воздухе рукой, пробрасывает ее себе на ход, после контакта с соперником падает и уже из горизонтального положения умудряется так подцепить снаряд, что тот бабочкой пролетает над ловушкой ошалевшего Конобрия. 1:0 – и тут уже включаются наши болельщики. 
Подгоняемые их поддержкой, хабаровчане должны были забивать еще дважды – отличные моменты были у Кухтинова и Башкатова. Затем игра выровнялась, а под конец периода хозяева счет сравняли. Рыбин завершил «заглохнувшую» было атаку точным броском из правого круга вбрасывания.
В целом, игра, что называется, смотрелась. Масса силовых приемов, основным «поставщиком» которых со стороны «Амура» был все тот же Михаил Рязанов, опасные моменты у обоих ворот (гол-шедевр чуть было не «нарисовал» Яков Селезнев, оставивший не у дел оборону «Спартака»), да еще и драка на «десерт». Денис Баев неосторожными действиями на своем «пятаке» разбудил вулкан в лице Александра Крысанова и в ходе скоротечной потасовки получил пару увесистых ударов в область физиономии. Знай наших! После этого «бело-синие», что называется, «затравились» и начали крушить у бортов все, что движется, немало смутив этим игроков хозяев.
Таким вот образом игра докатилась до овертайма, завершить который досрочно мог Яков Селезнев, но в выгодной ситуации пробить Конобрия наш защитник не смог. 
Буллиты. Не утихают споры о том, что же это такое – лотерея или все же противостояние мастерства. В данном конкретном случае рискну предположить, что спартаковцы оказались чуть-чуть удачливее и немного помастеровитее своих оппонентов. Но поражение обидным не стало. Команда играла, команда сражалась и добавила, в итоге, один балл в свою копилку. 
Однако с финальной сиреной рабочий день на выезде (как, впрочем, и дома) не заканчивается. 
Сначала – пресс-конференция, мирное течение которой попытался нарушить местный журналист. Задавая вопрос Милошу Ржиге, «акула пера» недвусмысленно заявила, что следующий соперник «Спартака», а именно новосибирская «Сибирь»… «будет посерьезнее «Амура». Получив корректный, но жесткий отпор от наставника бело-синих Анатолия Емелина, корреспондент ретировался в обиженных чувствах. Впрочем, его выходку осудили все присутствующие на пресс-конференции, включая и Милоша Ржигу.
Далее – погрузка баулов в грузовик и общение с болельщиками, которые в очередной раз в Москве «дали прикурить» местной публике.
Собрав в раздевалке все вещи, команда направилась с северо-востока столицы на северо-запад. В легендарный Дворец Спорта ЦСКА. Наша новая гостиница – «Аэрополис» - расположена в трех минутах ходьбы от него. Это очень удобно, правда, сам отель уже в который раз «радует» отсутствием Интернета в любой его форме и бизнес-центра, в котором можно распечатать важные, да и вообще любые, документы. За этими благами цивилизации пришлось обращаться к армейским коллегам. Но это было уже на следующий день. 
Поздним вечером этого длинного дня хотелось только одного – спать. И даже распаковать по-хорошему назойливую книгу Мэтта Мерли не было никакого желания. За окном гостиничного номера на 12-м этаже крупными хлопьями валил снег, почти полностью скрывая из виду Ленинградский проспект и Арену, в которой послезавтра мы будем громить грозных армейцев.